«Память»

6 Мая 2020

Патриотическая акция, цель которой увековечить память о поколении Великой Отечественной войны прошла в Брестской областной нотариальной палате Белоруской нотариальной палаты. Материалы о героях войны, творческие и авторские работы  подготовили нотариусы Брестского нотариального округа и работники ТНП Брестской области, а также члены их семей. 

Я сохраню в своей памяти трепетно,
И накажу своим детям помнить,
Что были у нас в стране люди –
Человечищи,
Которые жизнь положили за Родину.
Они боролись, спотыкались и падали.
Некоторые поднимались вновь,
а другие обращались статуями,
Глиной служила кровь.
Они, наверное, как и мы боялись,
Боялись смерти, забвения, холода…
Но со слабостью своей справлялись,
И остались для нас героями.
Запомню слёзы на щеках морщинистых,
Фотокарточку в дрожащей руке,
На синем кителе медалей линию,
И ряд могил на безымянном холме.
Я буду помнить. Я обещаю.
Я клянусь. Я даю обет.
Никогда, никогда не забудет
О той войне ни один человек.

Автор: Зарецкая Ксения, 18 лет 

Балтийский флот

Рассказ о своем дедушке подготовила Зарецкая Ксениия (18 лет), дочь нотариуса Брестского нотариального округа Зарецкой Светланы.

Я думаю, нет в Беларуси семьи, к чьей истории своей страшной костлявой рукой не притронулась бы война. У каждого из нас свои раны, свои воспоминания и свои герои. Моя семья не исключение.

Мой дедушка, Зарецкий Пётр Ананьевич, во время войны был совсем мальчишкой, а прадедушка, хоть и воевал, но о том где и как, нам совсем ничего не известно. Зарецкий Ананий Максимович ушёл на фронт 22 июня 1941 года, оставив жену Евгению и четверых детей, в том числе и моего деда. Вернулся он только в 1947 году.  

Если честно, я совсем не помню, как дедушка рассказывал о войне. Но это не значит, что я не знаю его историю. Папа и дядя бережно хранили рассказы своего отца и, конечно, удостоверились в том, что его внуки будут их знать. Наверное, в привычном понимании слова, мой дед не герой. Нет у него медалей, орденов и благодарностей от правительства. Но для меня и для всей моей семьи он – пример для подражания. Человек, на которого хочется ровняться. Человек, чью добрую память ни в коем случае нельзя замарать. Впрочем, зачем рассыпаться высокопарными фразами? Давайте я лучше расскажу всё по порядку.

Война для семьи Зарецких стала чуть более страшным событием, чем для всех остальных жителей деревни Грушево. Оно и неудивительно, мой прадед был коммунистом, председателем сельсовета и бойцом Красной Армии, а родственников таких людей, как сразу стало понятно, фашисты не жаловали. 22 июня, сразу после объявления начала войны, Ананий Максимович попрощался со своей женой Евгенией и детьми, сел на велосипед и отправился в областной центр, чтобы записаться в армию. Прабабушка же вынуждена была покинуть родной дом, потому что немцы двигались быстро и уже через пару дней после начала войны прибыли в их родную деревню. Больше двух лет Евгения Зарецкая со своими детьми жила в бегах, прячась от доносов и облав по родственникам, знакомым, а то и по лесам и болотам.  Дед Петя помнил это трудное время. И хотя ему тогда было всего 7 лет, в память накрепко врезались картины того, как они с братьями и сестрой плохо питались, мёрзли, разговаривали только шёпотом и жили в вечном страхе. Однако стоит заметить, что говорил он и о доброте людей, которые рисковали жизнями, укрывая у себя в домах такую «опасную» семью. Война поистине раскрывает самые сильные и выделяющиеся черты человеческого характера.

В 1943 году, когда у фашистов на фронте дела становились все хуже, а партизанский пожар в Беларуси разгорался всё сильней, немцы и полицаи уже не чувствовали себя полноправными хозяевами на нашей земле. Прабабушка с детьми вернулась в свой дом в Новоселки. Однако и в то время она постоянно держала свернутым узелок с самым необходимым, чтобы в любой момент можно было схватить его и убежать.

Фашистам ужасно не нравилось, что они ничего не могут сделать с партизанскими нападениями, и, вероятно в этой бессильной злобе, они решили сорваться на деревеньке в 33 дома, которой не повезло находиться прямо рядом с транспортной артерией, являющейся основной целью партизан.

Утром 4 ноября 1943 года фашисты на грузовиках остановились вдали от деревни. Очевидно, в планах у них было в пешем порядке окружить её так, чтобы никто не ушел. Но жители заметили их раньше, когда они только обогнули деревню полукольцом. В нескольких хатах ночевали партизаны (в 1943 году они уже могли позволить себе ночевать дома). Как минимум двое из них залегли в кагатах (ямки, оставшиеся от буртов с картошкой) и начали отстреливаться. Вряд ли они подстрелили хоть кого-то из нападавших, но эти смелые действия однозначно сорвали планы захватчиков, заставили их замешкаться и, что самое важное, оповестили всех жителей деревни о беде, тем самым дав им фору в несколько минут. Путь к лесу пока был свободен. Люди, помогая друг-другу, бросились бежать. Однако были и те, кто говорил: «Мы новой власти ничего плохого не сделали, нас не тронут», и оставались.

Дедушка бежал босиком по снегу. Немцы беспощадно стреляли прямо в спины. «Фьить-фьить-фьить – так свистели пули, и снег от пуль взрыхлялся и шипел», - часто рассказывал дед Петя. Не все добрались до леса: кто-то упал замертво, кто-то, не в силах больше бежать, останавливался и дожидался преследователей. Впрочем, всех, кто остался (не смог или не захотел убежать, надеясь на милость врагов) расстреляли сразу или через некоторое время – на Пинском мосту возле Кобрина. Деревню сожгли – все 33 дома.

Деда с полу обмороженными ногами подобрали другие беженцы-односельчане и привели в партизанский отряд. Какой-то партизан, увидев его, полуголого и босого, дал мальчишке валенки и немецкую шинель. Но и валенки, и шинель, понятно, были слишком длинными, поэтому находчивый партизан обрубил их топором на колоде до «нужной длины». Этот эпизод дед Петя всегда вспоминал со смехом. Можете себе представить: даже живя в ночном кошмаре люди могли улыбаться! Даже из ада на земле они смогли вынести хорошие воспоминания. Это ли не чудо человеческой природы?

Оставшаяся часть истории не такая захватывающая: дедушкины старшие братья остались в партизанском отряде, а его с прабабушкой и сестрой партизаны подселили к какой-то семье в деревне Дубовое. Там они и дождались освобождения Беларуси и последующего окончания войны.

К сожалению, нам очень мало известно о жизни братьев и отца Петра Ананьевича. Не любили эти суровые мужчины обсуждать былое. «Что там рассказывать? Страшное время было. Очень страшное. Нельзя такого горя снова допустить – это всё, что вам надо знать», - такие слова часто повторял прадедушка. И никто не смел настаивать, да и после войны, насколько мы знаем, он несколько лет работал на секретном заводе на Урале. Собственно, того, что он выжил и смог воспитать таких чудесных сыновей и внуков мне, ни разу в жизни его не встречавшей, достаточно. Я очень за это признательна.

На жизни деда Пети война всё же отразилась. Ему невыносимо было видеть её на земле, поэтому, когда пришло его время, свой долг Родине он отдал, служа в военно-морском флоте СССР.

История моей семьи вовсе не является примером героизма или отваги. Эти люди просто выживали. Они работали, скрывались и по возможности помогали своим ближним. Безусловно, есть и более захватывающие истории, чем моя. И уж конечно, есть куда более выдающиеся личности. Но для меня, дедушка и прабабушка – герои. Они смогли пережить это тяжелейшее время, они не утратили человечность, они воспитали таких прекрасных людей, как мой папа и дяди. Я считаю, что каждый человек, прошедший через ужас войны и сохранивший рассудок – уже герой. И я благодарна каждому, кто приложил руку, хоть совсем чуть-чуть, к тому, чтобы в нашей стране воцарился мир. Я навсегда сохраню в своём сердце подвиг моих предков. И я обязательно расскажу о нём своим потомкам.

Бандзерук_бессмертный полк1 (1).jpg

Историю про своего дедушку рассказала Яценко Наталья.

За нашу свободу

Война… Не обошла она стороной и нашу семью. Я хочу рассказать о моём прадедушке, ветеране Великой Отечественной войны Бандзеруке Василии Степановиче.

Родился он в 1911 году в крестьянской семье в деревне Остромичи Кобринского района Брестской области. Все трагедии  ушедшего века Василий Степанович испытал на собственном горьком опыте. Он чурался политики, не состоял ни в каких партиях, но натерпелся от всех властей, которые были в многострадальной Беларуси. И выжил, несмотря ни на что.

Первый раз его арестовали поляки, обвинив в коммунистической пропаганде. Привезли в Кобринскую тюрьму, где он прошел все круги ада. Пытка была обычная: скованные руки привязывали к коленям. Под колени привязывали палку и вешали вниз головой. А по пяткам били резиновой палкой, в нос вливая жидкость. Только потом дошло: заставляли быть осведомителем. Василий Степанович доносчиком не стал. Нет этого греха на душе.

Понятно, приходу Красной Армии он был рад. Его избрали в сельсовет. В 1940 году стал жертвой политического террора СССР. Он был арестован, без суда и следствия. Голод, холод, унижения…  Шариковой ручкой в толстой тетрадке он записывал пережитое спустя много-много лет. Столько фамилий, столько дат, названий городов и местечек, множество житейских подробностей не стёрло время. Наверное, потому что все это пропущено через сердце.

Вряд ли бы он выжил в северных лагерях, если бы полякам (поляками считали всех выходцев Западной Белоруссии) не разрешили в 1941 году сформировать свою дивизию. И Василий Степанович стал рядовым польской дивизии, которая входила в состав английской армии. Польская дивизия формировалась в Средней Азии. Добирался он туда многие месяцы. Пережил страшный голод, чуть не умер от болезней. Вши буквально съедали тело, и много раз уже не было сил жить. И каждый раз находились люди, помогавшие ему. Войну он не прошёл – проплыл. Индийский и Атлантический океаны, Красное и Каспийское моря… Персия (нынешний Иран), Ирак, Пакистан, Бразилия, Южная Африка… После ирано-иракских песков забросили в Палестину. Капрал Бандзерук воевал хорошо: у него много английских и польских наград. И редчайшее везение для солдата второй мировой войны – ни разу не был ранен. Война для него окончилась 5 мая 1945 года.

В Англию мой прадед попал после войны. И все эти годы мечтал вернуться на Родину…. Все время болела душа за дочку и жену. Он не видел их 30 лет. Тихий и деликатный Василий Степанович буквально «стену головой прошиб», добиваясь приезда на Родину.

Вернулся домой подданный английской королевы после реабилитации в 1980 году, как необоснованно репрессированный в период 20-80 годов. Получил белорусские документы, ждали его и награды. А что самое важное – близкие люди рядом.

Умер мой прадедушка в 2009 году. Часто мы с ним разговаривали на военную тему. Судьба помотала Василия Степановича, но без малейшего преувеличения можно утверждать: этот человек не сломался, не озлобился. Стоило лишь взглянуть в его добрые глаза…

Войтюк.JPG


Исследовательскую работу «Вклад моих прадедов в дело победы над фашизмом во время великой отечественной войны» подготовила Войтюк Александра, дочь нотариуса Брестского нотариального округа Войтюк Елены. Посмотреть.


Короб.JPG


Нотариус Брестского нотариального округа Короб Ольга предоставила презентацию про своего дедушку. Презентация "75 лет"



Рисунки выполнили:

Парецкий Владислав (11 лет), сын нотариуса Бресткого нотариального округа Парецкой Ольги;

Зарецкая Анастасия (10 лет), дочь консультанта нотариальной конторы Пружанского района;

Ревенько Захар (17 лет) и Матусевич Максим (6 лет), дети Матусевич Веры Николаевны делопроизводителя нотариальной конторы города Белоозерска.


image image image image image
image
image
image
image
image

Возврат к списку

версия для печати